Карлос Кастанеда

foto 32Некрологи, опубликованные мировой прессой в 1998 году в связи со смертью автора «Учения дона Хуана», «Путешествия в Икстлан», «Сказок о силе» и других бестселлеров о тайном учении мексиканских индейцев, точностью не отличаются. Фотография – фальшивая, год и место рождения перевраны, подлинное имя указано неточно. Машина стирания личной истории, запущенная Кастанедой, продолжала исправно работать после его смерти.

Главная трудность, с которой столкнулся исследователь, заключалась в отсутствии каких бы то ни было иных источников относительно магической стороны жизни героя, кроме его собственных сочинений.
Тем не менее имеется достаточно свидетельств, позволяющих восстановить общую канву его «внемагического» существования.

1926–1951. Роман происхождения
Кастанеда любил рассказывать, что его отец был именитым профессором литературы, а мать умерла молодой. В «Отдельной реальности» он с удовольствием развивает драматический потенциал этой трогательной выдумки. Здесь есть история о том, как начиная с шести лет полусирота Карлос был вынужден скитаться по дядьям и теткам, борясь за их внимание во враждебном окружении двадцати двух кузенов. Разве что реальность выглядела несколько иной.

Отец Кастанеды, Цезарь Арана Бурунгарай, закончив факультет свободных искусств университета Сан-Маркоса, предпочел тихой, отлаженной жизни преподавателя холостяцкое житье в Лиме среди местной богемы и тореадоров. Женившись, он открыл в Кайамарке ювелирную лавку, продолжая интересоваться литературой, искусством и философией.

Что же до матушки Карлитоса, Сюзаны Кастанеда Новоа, Господь Бог оказался в ее случае менее изобретательным, но куда более милосердным, чем родной сын: на самом деле она скончалась, когда последнему было уже двадцать два года

В 1948 году семья перебралась в Лиму. Окончив школу, Карлос поступил в местную академию изящных искусств. Подававший надежды скульптор, он был увлечен искусством доколумбовой Америки. Карлос зарабатывал на жизнь игрой (карты, скачки, кости), любил напустить тумана вокруг себя (комплекс провинциала?), был весьма чувствителен к слабому полу, который охотно отвечал ему взаимностью. Не красавчик, он обладал даром шармёра: бархатные глаза, загадочная улыбка с посверкивающим золотым зубом. И еще: после смерти матери юноша мечтал уехать в США.
Последней лимской пассией юного донжуана стала Долорес дель Розарио, перуанка китайского происхождения. Пообещав доверчивой студентке жениться на ней, он бросил ее, узнав, что она беременна. Судя по всему, именно это событие явилось решающим толчком к его отбытию в Штаты. В сентябре 1951 года двадцатичетырехлетний Карлос Арана после двухдневного морского вояжа прибыл в Сан-Франциско, чтобы уже никогда не вернуться на родину.

Бедняжка Долорес, родив внебрачное дитя, девочку Марию, во избежание еще большего позора – католическая страна, начало 1950-х! – отдала ее на воспитание в монастырь. Для сбежавшего папаши это послужило еще одним красивым автобиографическим сюжетом: впоследствии он будет говорить, что главной причиной его отъезда были любовные преследования некой китаянки-опиоманки.

1951–1959. Завоевание Соединенных Штатов
С 1952 года жил в Лос-Анджелесе, где представлялся не как «Арана», но «Аранха». Мнимый бразилец итальянского происхождения – именно тогда возникает эта версия – аттестовал себя в качестве племянника Освальдо Аранха, популярнейшего бразильского политика того времени.
В Лос-Анджелесе он поступил на факультет журналистики и курсы писательского мастерства одного из местных колледжей (Los Angeles Community College, LACC) – на этот раз под именем Карлоса Кастанеды, перуанского гражданина, родившегося 25 декабря 1931 года. Для большинства новых знакомых он оставался Карлосом Аранхой. В 1955 году Кастанеда-Арана-Аранха познакомился с Маргаритой Руниан. Маргарита была старше его на пять лет, что не помешало им по уши влюбиться друг в друга.

Но главным увлечением Кастанеды было творчество Олдоса Хаксли. Именно Хаксли заразил его интересом к пейотным культам, а «Врата восприятия» стали настольной книгой тех лет. В 1956 году в «Колледжиан», журнале LACC, вышла первая публикация, подписанная именем «Карлос Кастанеда». Биограф сообщает об этом сочинении со слов бывшего преподавателя Кастанеды на писательских курсах. Судя по всему, это было поэтическое произведение, из которого тому особенно запомнилась строка о «странном шамане ночи».
Публикация удостоилась премии. Кастанеду все более влекла литература, что нашло выражение и в новой семейной легенде: к истории про дядюшку, национального бразильского героя, прибавилась байка о непрямом родстве с Фернандо Пессоа.

1960–1968. В направлении пустыни
Роман с Руниан был бурным, с взаимными изменами и примирениями. Застав Маргариту с очередным любовником, элегантным арабским бизнесменом, Карлос потребовал объяснений. Ничего не знавший об отношениях пары, тот заявил, что собирается жениться на Маргарите. В ответ Кастанеда сам предложил ей руку и сердце. В январе 1960 года они расписались где-то в Мексике и – развелись в сентябре того же года. Близкие отношения на этом не закончились.
12 августа 1961 года Маргарита родила мальчика, Карлтона Иеремию, отцом которого значился Карлос Аранха Кастанеда. Дитя, без сомнения, явилось прототипом мальчугана, о котором с нежностью вспоминает автор донхуановского цикла, – как о едва ли не единственном существе, связывавшем его с обыкновенным миром. Решившийся к тому времени на стерилизацию, Карлос был более не способен иметь детей.

В сентябре 1959-го Кастанеда поступил на факультет антропологии Лос-Анджелесского университета. В качестве специализации он выбрал этноботанику; этим академическим термином определялся интерес великовозрастного студента к наркотическим веществам, используемым индейцами в ходе магических церемоний.

Он прилежно штудировал и академическую литературу, в том числе исследования своего научного руководителя Клемента Мейгана. По словам Кастанеды, решающее событие его жизни произошло в июне 1961 года. Он познакомился с Доном Хуаном Матусом, пожилым индейцем из племени яки. Дон Хуан посвятил студента-антрополога в тайны культов, связанных с употреблением пейотля, датуры и галлюциногенного гриба psilocybe mexicana. Чаще всего их встречи проходили в пустыне Сонора на юге США.
Несмотря на поддержку Мейгана и Гарфинкеля, работа над исследованием, посвященным магической доктрине индейцев яки, замедлилась. Необходимость зарабатывать на жизнь, теперь уже не только свою, но и сына, заставила Кастанеду покинуть в 1964 году университет; он работал кассиром в магазине женской одежды, таксистом. В 1966-м Руниан решила переехать в Вашингтон, стремясь таким образом положить конец их связи, вконец измотавшей обоих.

Кастанеда остался один; несмотря на боль расставания с малышом и его матерью, разлука позволила ему вернуться к учебе, закончить первую книгу и заняться ее публикацией. В сентябре 1967-го он подписал контракт с издательством своего университета. «Учение Дона Хуана: путь знания индейцев племени яки» вышло в июне 1968-году.

1968–1972. Пророк в сером костюме
Вполне отвечавшее психоделическим исканиям тех лет, «Учение Дона Хуана» ждал немедленный успех. Кастанеда активно участвовал в раскрутке книги, встречаясь с читателями и давая интервью. Его официальный имидж, однако, заметно контрастировал с содержанием «Учения»: низкорослый господин в аккуратном костюме, исследователь-антрополог, всем своим поведением подчеркивавший дистанцию между собой и аудиторией, которая собиралась на его выступления.

Успех книги спровоцировал нешуточную академическую полемику.
Уоссон, в частности, указывал на то, что эти грибы просто-напросто не растут в пустыне Сонора, а способ их потребления, описанный Кастанедой, отдает явной фантазией. Наконец, он ставил по сомнение существование Дона Хуана.

Несмотря на упреки в научной недобросовестности, авторитет Кастанеды рос, как стремительно росли тиражи его книг. Вторая книга, «Отдельная реальность. Дальнейшие беседы с Доном Хуаном» (1971), вышла в «Саймоне и Шустере», одном из крупнейших американских издательств. Тогда же ее автор получил приглашение вести семинар в университете Ирвина, городке, расположенном на юге Калифорнии. Семинар назывался «Феноменология шаманизма», длился год и стал единственным случаем, когда Кастанеда согласился выступить в роли университетского преподавателя.

1973–1991. Пора затемнения
В 1973 году Кастанеда наконец защитил диссертацию, которая легла в основу его третьей книги «Путешествие в Икстлан». Университетские страсти вокруг его писаний не переставали бушевать. Поддержка Мейгана, Гарфинкеля и еще нескольких солидных специалистов позволила ему обзавестись ученым званием. В том же году он купил дом, расположенный неподалеку от Лос-Анджелесского университета (1672, Pandorra Avenue).
С этого времени его имидж заметно поменялся. Антрополог в сером костюме превратился в скрывающегося от людей руководителя эзотерической группы, нагваля, вставшего во главе линии магов после того, как в 1973 году Дон Хуан покинул этот мир.

Все это время Кастанеда предпочитал общаться с внешним миром через учениц, знакомым читателям в основном под вымышленными именами. Согласно завещанию, составленному в 1985 году, его состояние должно было быть разделено между Мери Джоан Баркер, Марианной Симко (Тайша Абеляр), Региной Таль (Флоринда Доннер) и Патрицией Ли Партин (Нури Александр).
24 августа 1985 года он неожиданно устроил встречу с читателями в «Фениксе», известном книжном магазине Санта-Моники. Кастанеда признавался, что с его стороны это был жест отчаяния. Эпоха психоделической революции закончилась, породив вполне респектабельный «нью эйдж». Его книги по-прежнему хорошо распродавались.

1992–1998. Апокалипсис cum figuris
Затянувшаяся игра в невидимку кончилась в 1992 году. Выход Кастанеды из тени был организован с большой помпой, сопровождаясь длинными интервью и выступлениями, на которых, впрочем, строжайше запрещалось фотографировать и делать магнитофонные записи.

На деле кастанедовское «Тенсегрите» представляло из себя набор причудливых движений, или «магических пассов». Проект, вполне отвечавший тогдашнему всеобщему увлечению аэробикой и китайской гимнастикой, был на ура воспринят в нью-эйджевской среде. Желающие просветлиться могли сделать это, записавшись на дорогостоящие курсы или/и приобретя видеокассеты с упражнениями.

Воспоминания Эми Уоллэс довольно ярко рисуют повадки «нагваля Карлоса» в последние годы его жизни. Дочь успешного писателя, Уоллэс познакомилась с Кастанедой в 1973 году в Лос-Анджелесе. Семнадцатилетняя красавица-хиппи, интересовавшаяся потусторонними материями, сразу произвела впечатление на гостя семьи.

С тех пор он не терял ее из виду, периодически звоня и присылая ей свои книги. Их настоящее сближение произошло намного позднее, в 1991 году, оказавшимся тяжелым для Эми. Она только что потеряла отца и развелась. Вдобавок в ее доме поселились летучие мыши, что только утяжеляло депрессию. В один из таких дней раздался звонок Кастанеды. Карлос с горячим сочувствием отнесся к ее бедам. Узнав о летучих мышах, он потребовал, чтобы она усилием воли изгнала их, и заявил, что чувствует в ее доме дух умершего родителя.

В 1997 году у Кастанеды обнаружили рак, который стремительно прогрессировал по всему организму. Кроме того, он страдал диабетом, ему отказывали ноги.

27 апреля 1998 года в три часа утра лечащий врач Кастанеды констатировал его смерть. Тайная кремация состоялась на Спэлдингском кладбище Калвер-сити неподалеку от Лос-Анжелеса. Прах был передан ближайшему окружению.

Источник: http://arium.ru

Posted in Авторы and tagged .