Супершпионы. Часть 2.

Автор: | 15.01.2016

Вечером 21 мая 1985 года были взяты все участники шпионской сети: сын Джона Майкл, брат Джона Артур, друг Джона Джерри Уитворт. Джон Уокер всех их завербовал, пользовался ими, а в конце — предал.

Американская юстиция быстро разделалась с самой успешной и принесшей самый большой вред в истории США шпионской сетью.

Джерри Уитворт был приговорен к 365 годам тюремного заключения; освобождение — не раньше, чем после 107 лет «отсидки».

Артур Уокер получил три пожизненных заключения и штраф в четверть миллиона долларов.

Майкл Уокер приговорен к двум срокам по двадцать пять лет и трем срокам по десять лет; досрочное освобождение — не раньше, чем после отбытия шестнадцати лет в тюрьме.

Джон Энтони Уокер получил два пожизненных заключения и еще сто лет впридачу. Он все еще надеется, что будет досрочно освобожден за хорошее поведение. Ведь ему, в конце концов, нужно уладить еще «кое-какую мелочь».

У Петера Фишера есть прошлое. Он был ведущим агентом Главного управления разведки (HVA) Министерства государственной безопасности ГДР в звании старшего лейтенанта. Звали его Вернер Штиллер — тогда, в другой жизни, в маленькой и затхлой стране по имени Германская Демократическая Республика. Прибыли, которые с таким успехом сейчас получает Петер Фишер, считались принадлежностью классового врага, эксплуататоров и капиталистов, бороться с которыми клялся Вернер Штиллер.

Банкир Петер Фишер часто и охотно говорит о шпионе Вернере Штиллере. В телепрограммах Биолека и Готтшалька, в журнале «Шпигель» и в своей книге «В центре шпионажа». Вернер Штиллер, шпион, пришедший к средствам массовой информации. Страх? Страх был однажды, когда за ним охотились преследователи Мильке. Миллион марок предлагал шеф Штази за предателя, живого или мертвого. Когда «фирмы» на Норманненштрассе больше не было, когда никто не мог бы заплатить деньги за его голову, Петер Фишер вышел на публику под именем Вернера Штиллера.

«Ужас ГДР» бушевал перед своими верными соратниками самого высокого ранга. В таком состоянии этого холерика никто еще не видел, вспоминает один из тех, на которого тогда обрушилась ярость Мильке. Причина: два дня назад Вернер Штиллер перебежал на Запад. С двумя чемоданами самых секретных сведений изнутри HVA.

Такого удара привыкшее к успехам Министерство государственной безопасности, щит и меч партии, еще никогда не испытывало. «Предательство» как гром среди ясного неба, что-то невообразимое для этого твердого ядра немецких коммунистов. Рана, которая не зажила и сегодня: бывшие коллеги Штиллера даже сейчас источают раздражение и ненависть, слыша имя «изменника».

В августе 1966 года его направляют для изучения физики в университет имени Карла Маркса в Лейпциге. Он быстро женится на однокласснице, становится отцом. Это удобный метод в ГДР: так быстрей можно получить квартиру. Тут они узнают, что не подходят друг к другу. Через два года брак распался.

Читайте также:  Дары колдунов

Штиллер — один из многих, кто плывет по течению. Это «совершенно нормально», потому что только верные линии партии имеют какие-то шансы: «Я хотел закончить школу, стать студентом, а к этому относилось и определенное, лояльное к системе поведение. «Гериберт Хелленбройх, который будучи шефом Федерального ведомства по защите конституции допрашивал Вернера Штиллера после его побега, назвал его «аполитичным типом». Что «страшно злило» Штиллера, так это то, что порядки Штази «не позволяли иметь подруг вне брака» женатым мужчинам.

1 августа 1972 года Вернер Штиллер подписывает свою «присягу» в качестве лейтенанта отдела XIII Сектора науки и техники (SWT) Главного управления разведки. Сектор науки и техники занимался промышленным шпионажем для ГДР. Речь шла о конспиративном получении научных сведений, которые могли быть применены в технологически отсталом народном хозяйстве, а прежде всего в военно-промышленном комплексе ГДР (и СССР). В конце февраля Эржебет Штиллер рожает второго ребенка — сына Андреаса. Это тяжелые роды: «Все было на грани риска для нас двоих,» — говорит сегодня разведенная жена Штиллера. Штиллер привозит мать и сына из клиники в берлинском пригороде Бух домой. В машине Штиллер говорит, «что у него есть подруга, и что он не может жить без этой Хельги. Я должен тебя покинуть, потому что я не могу больше жить с тобой».

Супруга в гневе, она угрожает обратиться к шефу Штиллера. Штиллер утешает Эржебет, мол, он попытается вскоре снова освободиться от Хельги. Пусть она даст ему время. Но: «Затем она смогла заметить, что у ее мужа после пребывания в Оберхофе появились следы царапин на спине, «засосы» и т. д.» — записывал майор Штази Шрёдер после «беседы» с госпожой Штиллер 21 января 1979 года.
Затем приходит момент, когда Штиллер все ставит на одну карту. Это утро в постели в Оберхофе, снаружи уже чувствуются первые признаки весны в Тюрингском Лесу. Момент, который Хельга Михновски никогда не забудет:

«Было солнечное утро. Я думаю, это было воскресное утро — в любом случае, я чувствовала себя, как воскресным утром. Мы были в веселом настроении, и это было чудесно. Тут он говорит: «Ну, как тебе понравится, если мы сможем жить вместе и это всегда было бы так? Но мы не можем это здесь. Мы должны уйти на Запад».

Хельга шокирована. Она думает о своей прекрасной квартире, об ее коллекции хрустальных ваз. Зачем отказываться от этого? А потом Штиллер говорит, что он сотрудник Министерства государственной безопасности. Он не может жить с женщиной, у которой есть брат на Западе. А он желает нового будущего для них обоих.

Читайте также:  Шабаш ведьм

«Сначала я все это совсем не восприняла. У меня было совсем другое представление об этих людях. Обычно считалось: «Это мрачные, гадкие типы» — а он такой открытый, такой веселый, и у него никогда не бывает плохого настроения.»

Что бы теперь не вышло, Хельга хочет пережить это с Вернером Штиллером: «Потому что я полюбила его». Он утверждает, что он и его сведения могут быть очень ценными для Запада: «И он сказал, если они только унюхают это, то сразу захотят иметь его».

Ситуация продолжает обостряться. В начале декабря происходит вечеринка жильцов дома в близлежащем кафе «Stern» («Звезда») сети НО. «Во время этого праздника» — гласит хроника следователя Штази Шрёдера, «Штиллер снова сблизился с одной женщиной в кафе. Поэтому после вечеринки произошла ссора, в ходе которой г-жа Штиллер дала своему мужу пощечину. Вернер Штиллер затем избил свою жену столь жестоко, что она не могла выходить на улицу в течение четырнадцати дней».

Время залечивает раны. «Теперь, после всего, я знаю» — говорит Эржебет, «что он меня все-таки еще любил. Именно из-за любви ко мне он довел меня до того, что я его возненавидела. Потому что он абсолютно точно знал, что однажды ему нужно будет уйти. Сегодня я простила ему это. Возможно, он даже правильно поступал».

Как разведчик-профессионал, Штиллер «интуитивно», как он говорит, чувствует, что остается совсем мало времени. «У меня было чувство, что этот баланс на кончике иглы не может больше длиться долго». Поэтому БНД готовит его эвакуацию. «Конечно, для них было бы лучше сделать это только со мной» — говорит Фишер. Но он настаивает на том, что Хельга и ее сын должны быть переброшены на Запад одновременно с ним.

Штиллер ограбил железный сейф парторганизации своего ведомства. Набил два чемодана документов и убежал в Западный Берлин.Никто в Берлине ничего не знает, когда Вернер Штиллер сразу после девяти вечера обращается в полицию аэропорта Тегель. Десять разведчиков (среди них французы и сотрудники ЦРУ) пытаются связаться с Пуллахом, Штиллер без остановок пытается набрать (постоянно занятый) номер в Кобурге. В помещениях полицейской службы госбезопасности в аэропорту Темпельхоф «западники» (Штиллер с ними уже вскрыл ящик пива «Падерборнер Пильс» и две бутылки водки) восхищаются содержимым набитых до краев чемоданов.

Только стопка микрофильмов была, как вспоминает свидетель, «высотой почти 10 см». Штиллер попросил «ни в коем случае не рассматривать привезенные им материалы, потому что они предназначены исключительно для БНД»

В конце семнадцать восточных агентов предстают перед западногерманскими судами и получают наказание за шпионаж. Более тридцати шпионов еще в день побега Штиллера получили из восточно-берлинского центра предупреждение и приказ возвращаться. Многие из них — неоправданно поспешно, считает коллега Штиллера. Но наихудшим был «моральный ущерб». «Некоторые коллеги стали задумываться о том, что в нашем аппарате есть и такие люди».

Читайте также:  Замуж через интернет

С того момента в Главное управление разведки проникли недоверие и подозрительность. Следователи Штази много лет верят, что Штиллера поддерживал сообщник в его отделе. Даже частные телефонные звонки сотрудников SWT подслушиваются, многим приходится сменить место службы («мероприятие А»). Распространяется парализующая система бюрократического контроля.

«Разочарование было велико» — вспоминает шеф контрразведки Гюнтер Кратч свою наибольшую неудачу. Удар был тем более велик, что случился как раз перед съездом СЕПГ, к которому и МГБ хотело блеснуть «высокими достижениями». Мильке вне себя и собирает руководящих работников министерства для обсуждения кризиса. Лишь тогда, в субботу утром, осрамленный Кратч узнает, кем же был таинственный друг Хельги.

Эпилог летом 1981 года: Вернер Штиллер, Хельга Михновски и ее сын Михаэль уже восемнадцать месяцев живут на верхнем этаже офисного здания в Мюнхене. Два других жильца — телохранители БНД. «Это было как в тюрьме,» характеризует Хельга Михновски эту защиту от агентов Мильке. Всего несколько раз во время конспиративных «экскурсий» ей удается увидеть своего брата, а в остальном — тотальная изоляция. «Какие-то интенсивные личные отношения» — говорит сегодня Петер Фишер, «на Западе не продолжились». Хельга считает: «Там у нас уже не было больше тем для разговоров».
В конце концов, Штиллер, в сопровождении телохранителей, на один уик-энд получает возможность один отправиться для серфинга на озеро Гардазее. «Там я познакомился с молодой дамой, совсем поверхностное дело, но все равно. Я полтора года был просто взаперти».

Штиллер рассказывает Хельге, что он снова влюбился. «А если он влюбляется, то рассказывает слишком много» — говорит Хельга. И он сказал ей, кто он, рассказал ей об обстоятельствах его жизни. Я думаю, ей было только девятнадцать лет, и она это даже толком не поняла. Она только сказала: «Ах, бедняжка». Для меня это было маленькой катастрофой. Я тогда сообщила БНД, что случилось, потому что риск был слишком велик. И тогда они его через три дня вывезли из страны».(Тут же и продала.)

С того момента за Штиллера, Хельгу и Михаэля Михновски отвечает ЦРУ. Под защитой «программы переселения» она смогла начать новую жизнь. Все трое вступили в брак в Новом Свете, Хельга недавно впервые стала бабушкой.

«У нас был один или два ангела-хранителя»- говорит Хельга, и еще раз я не стала бы это делать. Но, и она смеется, чуть-чуть горько — «Чего не сделаешь из-за любви».(Да …)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *